בעלי נסע לבקר את הוריו ה”חולים”, החלטתי להפתיע והגעתי ללא התראה מראש…

Каждое утро Мирьям просыпалась под звук капель, стучащих по подоконнику в Петах-Тикве, и видела за окном серое облако, словно сама погода решила подыграть её настроению волнуется, на душе суматоха, и подозрения так и норовят выползти наружу.
Третью неделю подряд её муж Эльдад собирал спортивную сумку и объявлял:
Родители плохо себя чувствуют, поеду к ним в Хайфу на пару дней.
Первый раз Мирьям отнеслась к словам мужа с сочувствием. Его мама, Ривка, совсем недавно перенесла операцию на жёлчном пузыре, а папа, Давид, жаловался на высокое давление. В 65 лет, будь он хоть маестро, бывает, что здоровье дрожит.
Конечно, езжай, сказала жена. Передай им шалом, скажи, что я переживаю тоже.
Эльдад уезжал в пятницу вечером и возвращался только утром в понедельник, как шахтер после тяжёлой смены, молчаливый, без сил. На вопросы о родителях отвечал коротко:
Уже лучше. Но ещё слабые.
А что именно болит у мамы? интересовалась Мирьям.
Всё болит. Возраст же, отмахивался Эльдад.
История повторилась через неделю.
У них опять плохо? удивилась она.
Мама упала, ушиблась. Папа переживает. Надо поехать, сказал муж, складывая свежие рубашки в сумку.
Может, мне тоже поехать? Помогу вашей маме.
Там тесно и так. Лучше ты дома побудь.
Мирьям согласилась. Отношения с родителями мужа были у неё всегда аккуратно-дистанционные. Не навязывалась, не лезла с советами. Ривка, женщина строгая, особо тепло не проявляла. Вежливо, но душевно не общались.
Третий за месяц выезд состоялся на следующих выходных.
Что на этот раз? спросила Мирьям, наблюдая, как Эльдад суетит джинсы и свитер в сумку.
Папе совсем плохо, давление скачет. Мама одна не справляется.
А врач не приходил?
Был врач. Ты же знаешь, какой у нас семейный выписал таблетки и ушёл.
Говорил уверенно, но что-то в голосе заставило Мирьям насторожиться звучало слишком отрепетированно, без эмоций.
Может, стоит положить их в больницу? Если так серьёзно?
Они не хотят. Больницы боятся. На месте спокойнее.
Эльдад поцеловал жену в щёку и ушёл.
Когда он уехал, Мирьям осталась с растущим беспокойством. Она попыталась вспомнить, когда последний раз говорила с Ривкой по телефону. Около месяца назад свекровь звонила поздравить с днём рождения подруги.
Голос у свекрови был бодрый, интересовалась работой Мирьям, обсуждала сад, хвасталась урожаем помидоров и гранатов никаких жалоб на здоровье.
Странно, сказала Мирьям, глядя на осенний дождь над Петах-Тиквой. Если мама так плохо себя чувствует, почему не звонит? Раньше всегда жаловалась.
В понедельник Эльдад вернулся ещё более мрачным.
Как родители? спросила жена.
Папе лучше, мама всё ещё слабая.
А что врач сказал?
Какой врач? не понял муж.
Семейный. Ты говорил, что врач был.
Ах да. Сказал, что нужно наблюдать, если станет хуже в больницу.
Он быстро переоделся и сел за ноутбук, разговор явно не предполагал продолжения.
Вечером, когда Эльдад ушёл в душ, Мирьям взяла его телефон. Никогда не проверяла, но сейчас будто что-то требовало глянуть.
Звонков родителям не было. За последние две недели ни одного! Ни исходящих, ни входящих.
Как так? прошептала Мирьям. Если Эльдад у них живёт, зачем звонить?
Но обычно, когда муж куда-то уезжал, родители хотя бы раз звонили Мирьям, узнать, как дела, передать сыну что-нибудь. Сейчас полная тишина.
В следующую пятницу четвёртая поездка.
Опять родители? уточнила Мирьям.
Да. Мама температурит, боюсь простудилась.
Может, всё-таки я поеду с тобой? Помогу ухаживать.
Не надо, у тебя самой работы хватает.
Мне не сложно. Это твои родители, значит, и мои тоже.
Мирьям, не надо. Там тесно. Заразишься ещё.
Он говорил убедительно, но взгляд в сторону, вещи собирал торопливо будто опаздывал на поезд.
На каком поезде поедешь?
На обычном, в семь вечера.
Провести до станции?
Не надо, сам доберусь.
Эльдад поцеловал жену и поспешно ушёл. Мирьям осталась в квартире, полной недосказанности и подозрений.
Субботнее утро она провела, споря с собой. С одной стороны, несправедливо подозревать мужа без доказательств. С другой накопилось слишком много странных совпадений.
Я что, разве подозрительная жена? упрекнула себя Мирьям. Может, родители действительно болеют, а я придумываю глупости?
К обеду решение было принято если свёкор и свекровь болеют, им наверняка приятно будет забота Мирьям. Она испечёт пирог по рецепту своей мамы, купит фруктов, соберёт гостинцы и поедет.
Сделаю им сюрприз! решила она. Заодно и Эльдада порадую.
В кухне счастливый хаос: Мирьям мешает тесто для пирога, пока тот печётся, женщина идёт за апельсинами, бананами и соком в магазин.
К трём дня всё готово ароматный пирог на столе, пакет с фруктами у двери. Мирьям надевает любимое платье, немного подкрашивается и идёт на станцию.
В поезде на Хайфу она мечтает, как удивит мужа: вот дверь откроется, а там она, с гостинцами, и Эльдад растерянно моргает, а потом улыбается.
Мирьям? Как ты тут?
Решила навестить, отвечает она. Проведать больных.
Дорога занимает полтора часа. Ривка и Давид живут в тихом городке под Хайфой в уютном доме с садиком. Эльдад вырос здесь, знает уголки.
Мирьям нажимает на звонок. Через минуту появляется Ривка:
Мирьям? удивилась свекровь. Что ты тут делаешь?
Выглядит бодро щеки румяные, глаза ясные, в спортивном костюме, волосы собраны.
Ривка, шалом! Я приехала навестить вас. Эльдад сказал, вы болеете.
Смеёшься? Какая болезнь? Мы здоровы как молодые! Откуда бред?
Мирьям ощущает, как кровь приливает к лицу, сердце колотится, пирог вдруг кажется тяжёлым.
Но Эльдад Он же говорил, что ухаживает за вами.
Ухаживает? Ривка качает головой. Мирьям, мы сына неделю не видели! Может, и больше…
Голос из глубины дома:
Ривка, кто там?
Мирьям приехала! кричит свекровь.
Давид появляется седой, крепкий в рабочей рубашке и штанах, видимо, возился в мастерской.
О, это же наша невестка! радуется свёкор. Какими судьбами? Редко заходишь!
Давид, а где Эльдад? спрашивает Мирьям.
А откуда мне знать? Может, на работе? Или дома у себя?
Он же говорил, что к вам приехал.
Свёкор переглянулся с женой.
Мирьям, мы здоровы. И Эльдад давно не был тут. Последний раз на бар-мицву к брату приезжал.
Точно! подтверждает Ривка. С тех пор даже по телефону не слышала.
Внутри у Мирьям словно что-то оборвалось. Ложь, чистая ложь.
Мирьям, что случилось? обеспокоилась Ривка. Ты бледная. Заходи, чай попьём!
Спасибо, но мне пора, говорит невестка.
Как это только приехала! Пирог привезла! не отстает свекровь.
В другой раз, вот угощайтесь! Мирьям протягивает пакеты.
А где Эльдад? спрашивает Давид.
Не знаю, честно ответила она.
Они проводят её до калитки. Мирьям идёт к автобусной остановке, ноги словно ватные.
В голове крутится: где Эльдад проводил все эти выходные? С кем он? Почему использовал родителей как алиби? Сколько длилась эта ложь?
Автобус до станции едет полчаса. Мирьям смотрит на серый сентябрь в Израиле и пытается собрать мысли. Каждая поездка мужа теперь увиделась циничной манипуляцией.
Значит, пока я переживала за родителей, он…
В поезде она берёт телефон, хочет позвонить мужу, но передумывает. Что спрашивать? Где ты? С кем? Почему лжёшь?
Лучше дождаться дома и посмотреть в глаза.
Домой возвращается к восьми вечера. Квартира тихая, пустая. Мирьям садится на диван и ждёт.
Эльдад появляется утром в понедельник, как всегда. Ключи звякнули, дверь открылась. Усталый, помятый, с той же сумкой.
Привет, буркнул он, проходя в спальню. Как выходные?
Нормально. А ты как?
Тяжело. Родители совсем плохие.
Что именно с ними?
Мама температурит, папа давление мерил всю ночь, сильно устали.
Он не поднимает глаз. Складывает одежду, достаёт из сумки лекарства.
Эльдад, тихо зовёт жена. Посмотри на меня.
Муж поднимает голову, в глазах тревога.
Где ты был все дни? спрашивает Мирьям.
У родителей. Я же говорил.
Твои родители здоровы. Они тебя неделю не видели.
Эльдад завис с рубашкой в руках.
О чём ты?
Я ездила к ним. Хотела помочь. Ривка смеялась, когда я спросила про болезнь.
Лицо мужа побледнело.
Ты ездила? Зачем?
Потому что поверила тебе. Думала, они болеют.
Мирьям, ты не понимаешь…
Что именно? Что ты месяц лжёшь? Используешь родителей как алиби?
Это не ложь…
А что?
Она подходит ближе.
Где ты проводил выходные? С кем?
Муж отворачивается к окну.
Я не могу объяснить сейчас.
Не хочешь или не можешь?
Мирьям, поверь мне, это не то, что ты думаешь.
А что я думаю? холодно спрашивает жена.
Ну… что у меня кто-то есть. Другая женщина.
А разве не так?
Молчание, потом тяжёлый вздох.
Есть, тихо признаёт Эльдад.
Мирьям кивает. Странно, злости нет только пустота.
Понятно.
Мирьям, это не серьёзно! Просто… так вышло…
Месяц назад вышло?
Нет, раньше. Не знал, как сказать.
Поэтому соврал про больных родителей?
Я хотел разобраться в себе, понять, что мне нужно.
И понял?
Опять молчание.
Я спрашиваю: ты понял, что тебе нужно?
Не знаю, честно отвечает муж.
А я знаю, говорит Мирьям. Мне нужен человек, который не врет. Который не прикрывается больными родителями ради романа.
Это не интрижка…
Назови как хочешь. Бут результат месяц обмана.
Женщина идёт в спальню, достаёт маленький чемодан.
Что ты делаешь? спрашивает Эльдад.
Собираюсь. Мирьям складывает вещи. К подруге поживу, пока разберёмся.
Как разберёмся?
Ты со своими чувствами. Я с документами на развод.
Мирьям, подожди, давай поговорим спокойно!
О чём говорить? О твоём месяце вранья? О моих переживаниях за родителей?
Я не хотел причинять тебе боль…
Поэтому причинил ещё больше.
Мирьям берёт документы, телефон и зарядку.
Если захочешь что-то объяснить звони. Но, думаю, на месячный обман оправдания нет.
А как же наш дом? Наша семья?
Семья это доверие. А дом можно поделить через адвоката.
Мирьям идёт к двери.
Подожди, может, ещё попробуем? Я прекращу всё, начнём сначала…
С чего начнём? С новых сказок про больных родителей?
Я не буду врать. Обещаю.
Эльдад, остановилась она у порога. Ты обещал быть верным мужем. Видишь, как получилось с обещаниями.
Мирьям выходит, закрывает дверь. В подъезде тихо, наверху играет музыка.
На улице моросит дождь. Такой же, как месяц назад, когда всё началось. Она подняла воротник и пошла к метро.
Телефон звонит на переходе на экране имя мужа. Мирьям отклоняет вызов и убирает телефон.
Решение принято. С человеком, который месяц использовал родителей как прикрытие для измены, жить больше нельзя. Доверие разрушено. Семья тоже.
Впереди разговоры с адвокатом, раздел имущества, новая жизнь. Но эта жизнь будет честной без сказок про больных родителей и тайных поездок.
Поезд метро уносит Мирьям от прошлого к неизвестному, но честному будущему.