Моще предложил жить вместе, но при условии: расходы 50/50, а быт на мне, потому что я женщина. Что я сделала
Мы встречались полгода тот самый сладкий период, когда тебя умилило бы даже, если любимый проливает кофе на ковер, и ты видишь только «изюминку характера». Моще казался мне почти мечтой, не мужик, а подарок Всевышнего: умный, успешный в хай-теке, всегда в выглаженной рубашке, знает где лучшие фалафели в Тель-Авиве и может увлекательно спорить о кино.
Наши субботы проходили в маленьких кафешках Яффо, мы гуляли по набережной и даже один раз заблудились среди уличных художников на Кармель-маркет. Все казалось таким правильным и легким ну вот буквально зарезервировано небесами.
Но, как это часто бывает, вскоре выяснилось не сходимся мы парой по курсу. Я мыслила о партнёрстве по-равному: вместе мечтать, вместе решать, а для Моще совместная жизнь была возможностью обзавестись кухней-стиркой без усилий.
«Может, пора жить вместе?» прозвучало у нас за ужином, когда он уже привычно наливал чай из стеклянного чайника.
Слушай, Яэль, обратился ко мне Моще, мне уже надоело мотаться между Герцлией и Рамат-Ганом. Платить за две квартиры просто мазган клал! Давай снимем двушку где-то в центре, чтобы и к работе близко, и к моим друзьям удобно?
Я расплылась в улыбке: наконец-то! Но дальше прогремело нечто, отчего я чуть шевелённый чай не выпустила из рук.
Но сразу давай обсудим условия, продолжил он голосом бухгалтера, будто мы обсуждаем гос-тендер на аутсорс. Мы же современные: бюджет отдельный, расходы напополам. Аренда, арнона, вода всё 50/50. То есть я половину, ты половину, цахахат.
Ну-ладно, думаю я, равноправие сейчас в тренде.
А домашние дела как поделим? интересуюсь я, в ожидании логичного «поровну».
Моще развёл руками с той самой обезоруживающей улыбкой: Тут всё просто: ты женщина у тебя генетически заложена тяга к уюту. Уборка, готовка, стирка вся эта радость твоя. Я по случаю скину мусор или прикручу полку, но основной фронт на тебе. Ты же мечтала быть королевой дома?
Повисла тишина словно кто-то выдернул розетку. Я на него уставилась, в голове собирая этот пазл: за что платить уборщице, если есть «любимая женщина»?
Спорить я не стала, решила перейти на его деловой иврит.
Моще, я тебя услышала, произнесла я так спокойно, как будто обсуждаем ставку по ипотеке. Ты за честное партнёрство в финансах, чтобы всё по-честному уважаю. Ты хочешь дома, чтобы и кнафе свежий, и рубашки поглажены, и пол блестел. Но я тоже работаю c восемь до шести. У меня нет ни сил, ни желания выполнять после офисного дня ещё одну смену бесплатно.
Он чуть напрягся, но молчит.
Тогда встречное предложение, продолжаю я. Делим расходы давай по-цивилизованному: нанимаем домработницу два раза в неделю. Чистота, еда, бельё всё на профи, а расходы тоже делим поровну. Уют свечи, вазы, диванные подушки это уже мой бонус!
На его лице сменялись погодные условия: сначала удивление, потом раздражение, а потом отчужденность. Прямо вижу: в голове работает калькулятор, считает новые расходы в шекелях.
Та, ну зачем чужой человек в квартире? Разве сложно приготовить ужин своему мужчине? скривился Моще. Это не работа, а проявление заботы.
Но как только встал вопрос об оплате реального женского труда, весь его концепт мгновенно растворился в «любви» и «предназначении». То есть купить ему хумус это забота, а купить вместе его на рынке это уже бизнес.
Моще, сказала я мягко, когда я после восьми часов на работе готовлю ужин, пока ты на диване «лупишь» Playstation или зависаешь на Ютубе, это не «любовь», а просто эксплуатация. Захотел партнёрства тогда делим всё ровно. Либо обязанности пополам, либо у нас в квартире появляется Сима, и мы оплачиваем её пополам. Мне неинтересен формат, где я вкладываюсь и деньгами, и руками, а получаю одни «гешефты».
Он промолчал и ужин доели в такой атмосфере, что даже кота не хватало для разрядки тишины.
На следующий день не пришло привычное «бокер тов». Только поздно вечером короткое сообщение: «Задерживаюсь, работы много». Через три дня Моще канул в лету. Перестал отвечать на сообщения и вызовы.
Неделю спустя общие друзья спаливают: «Он говорит, что ты только о шекелях думала и вообще хозяйкой не годишься».
Поначалу было как-то обидно. Полгода надежд, планов… Но потом пришло… ощущение облегчения.
Исчезновение Моше стало финальным штрихом ему был нужен не «я», а приятный бытовой сервис с функцией жены.
Ну и чудесно! Я спокойно наняла домработницу для себя. Возвращаюсь в убранную квартиру, наливаю себе чай из заварника, ставлю любимый израильский сериал и ощущаю: в этом и есть настоящее счастье не обслуживать того, кто тебя не ценит.
